Запретная любовь.

Наверное, во все времена ученики будут влюбляться в учителей. Обожание в юности часто принимают за любовь, и только в исключительных случаях первая любовь становится единственной. На всю жизнь.

***
Марина обрела отчество Анатольевна в двадцать два года, когда устроилась на работу в знаменитую 117-ую русско-английскую школу. Своим громким именем и непререкаемым авторитетом школа была обязана директору – Зое Георгиевне Королёвой. Это, благодаря её связям, школа каждый год получала новенькие компьютеры, а отремонтированные летом классы сияли свежевыкрашенными стенами и вымытыми до блеска окнами. Нерадивые уборщицы и неугодные учителя в школе долго не задерживались, - директор тут же находила им достойную замену.
Педколлектив принял Марину Анатольевну радушно: не так уж и много в 117-ой школе было молодых учителей. Учительница зарубежной литературы внешне почти ничем не отличалась от своих учеников-старшеклассников. Худощавая, чуть выше среднего роста, она держалась со всеми просто, естественно, без надоевшего ученикам учительского снобизма. Одевалась модно, чем выгодно отличалась от большинства учителей. Свой предмет преподавала не по учебникам и пожелтевшим конспектам, и этим сразу же завоевала, закованные в броню недоверия, сердца подростков. Её голос с лёгкой хрипотцой, проникновенный и искренний, со множеством интонаций, ученики готовы были слушать часами. У новенькой учительницы были трогательные ямочки на щеках, красивая летящая походка, хороший вкус и, безусловно, хорошее воспитание: она обращалась к ученикам исключительно на «Вы».
Антон Петровский – отличник, спортсмен и просто красавец из 11-го «А» - сразу же обратил внимание на молодую учительницу.
- Слушай, а эта Марина – ничего, - сказал он другу, соседу по парте, Серёже Самойлову.
- Ничего особенного, - хмыкнул Сергей.
- Ну, не скажи, - не согласился с ним Антон.
Весь урок он не сводил с Марины Анатольевны глаз, явно желая во что бы то ни стало смутить её. Учительница сразу же почувствовала во взгляде юноши интерес не столько к своему предмету, сколько лично к себе.
Слегка улыбнувшись, она подошла к парте, за которой сидел Антон, и сказала:
- Петровский, Вы совсем не слушаете меня, думаете о чём-то другом. О чём?
- Вам это совсем не обязательно знать. Это Вас не касается, - дерзко ответил ей Антон.
- Меня всё касается, - мягко возразила ему учительница. – На моих уроках ученики должны слушать меня и запоминать всё, что я им рассказываю. А я, в свою очередь, должна научить Вас слушать и слышать друг друга.
- Вы слушаете только себя! – выкрикнул ей прямо в лицо Антон и выскочил из класса. Он не мог понять, что с ним происходит… Такое с ним случилось впервые. Ему хотелось сжимать в своих ладонях тонкие пальцы Марины Анатольевны, целовать ямочки на её щеках…
Эксцентричная выходка юноши – демонстративный уход с урока – удивил одноклассников: Антон всегда всем казался не по возрасту сдержанным и выдержанным. Это было на него совсем не похоже. А сам он страстно хотел только одного: увидеть Марину Анатольевну извиниться перед ней.
В школе это было совершенно невозможно. Слишком уж много вокруг любопытных глаз и ушей…
«Лучше, - думал Антон, - проводить учительницу к автобусной остановке после занятий, у него в запасе будет тогда десять минут, чтобы поговорить с ней».
Однако Марина Анатольевна не сразу позволила даже постоять с ней рядом.
- Антон, что Вы здесь делаете? – увидев его, удивилась она. – Уроки давно закончились, Вас, наверное, ждут дома…
- Марина Анатольевна, извините меня, ну, Вы понимаете, за что… Не сердитесь, пожалуйста. Мне надо поговорить с Вами. Можно я провожу Вас. То, что я Вам скажу, очень важно.
Учительница остановилась на минуту, задумалась:
- Хорошо, Антон. Не переживайте Вы так, я не сержусь на Вас. Говорите, что у Вас случилось?
- Не у меня случилось, а у нас с Вами… Марина Анатольевна, я думаю о Вас и ни о чём другом думать не могу…
Марина Анатольевна нахмурилась:
- Это неправильные мысли, Антон. Я – учитель, Вы – ученик, между нами граница, которую ни Вы, ни я нарушить не можем…
- Ну, почему не можем, Марина… Анатольевна? У меня крыша едет, когда я вижу Вас… Я на всё готов ради Вас, слышите!
- Слышу, Антон, - тихо сказала учительница. – Если Вы на всё готовы ради меня, то первое, что Вы должны сделать – это перестать за мной ходить. Второе – перестать смотреть на меня сумасшедшими глазами. И третье – выбросить эту блажь из головы…
- Я не могу выполнить ни одно из Ваших условий. Я хочу всё время быть рядом с Вами. Я хочу смотреть на Вас… И то, что я испытываю к Вам – не блажь. Я люблю Вас, мне никто, кроме Вас, не нужен…
- Антон, мой автобус уже подошёл. Спасибо, что проводили меня. До свидания.
Она уехала, а юноша ещё долго стоял на остановке, не замечая, что его куртка промокла от зарядившего на всю ночь осеннего дождя.
На следующий день он опять занял свой дежурный пост возле школы. Благо, рано темнело и узнать его в куртке с капюшоном было трудно. Впереди мелькнул серебристый плащик Марины Анатольевны, и Антон бросился вслед за ней.
- Марина… Анатольевна, рад Вас видеть!
- Здравствуй, Антон. Почему Вас сегодня не было в школе?
- А Вы заметили? Это хорошо. Я всю ночь не спал, думал о Вас… О тебе. Уроки в голову не лезут.
- Антон, Вам сейчас надо думать не обо мне, а о том, что до окончания четверти остались считанные недели. Если Вы забросите учёбу, я буду чувствовать себя виноватой.
- Мариночка Анатольевна, на фиг мне эта учёба, если я ни дня не могу прожить без Вас, то есть, без тебя…
- Антон, я прошу… тебя, не говори мне больше таких слов… Мы оба – взрослые люди, оба понимаем, что у отношений такого рода нет будущего. Давай останемся с тобой друзьями.
Антон схватил молодую женщину за плечи и властно привлёк к себе.
- О какой дружбе ты говоришь? Да я люблю тебя по-настоящему! Мариночка, пойми, я не могу от тебя отказаться…
Они стояли, тесно прижавшись друг к другу, не говоря ни слова.
Дома Марина дала волю слезам. В отличие от Антона, она прекрасно понимала, что с ней происходит. С первой же минуты, когда она вошла в класс, синеглазый юноша заставил тревожно биться её сердце. Уже один раз неудачно сходившая замуж Марина, думала с отчаянием, что судьба готовит ей новое испытание, которое она вряд ли сумеет выдержать. Ученики влюбляются в своих учителей, но эта влюблённость быстро проходит потому, что в школе к таким прецедентам относятся нетерпимо: учителя прорабатывают на педсовете и с позором изгоняют из школы, а ученика стыдят и запугивают до такой степени, что он потом, как от чумы, шарахается от своей любви…
Она вытерла слёзы и улыбнулась. Антон заметно выделялся среди одноклассников тем, что, скорее, походил на студента, чем на подростка. Высокий, широкоплечий, хорошо сложенный, он занимался спортом, легко учился и шёл по своей юношеской тропе стремительно и уверенно, пока не встретил её. Что им теперь делать? Скрывать свои чувства, притворяться, избегать друг друга?
«Нет, - решила она, - будь, что будет…» И Антон с Мариной стали встречаться в дни занятий после школы, а в выходные дни они гуляли по лесопарку, где вообще, кроме них, в ненастные осенние дни редко кого можно было встретить.
Прошёл месяц.
Приближался Новый год, и в школе шла усиленная подготовка у новогоднему маскараду. Старшеклассники готовили себе костюмы литературных героев. Антон решил прийти на праздник в шляпе с пером, в длинном плаще, со шпагой и, конечно, в маске. Как Вы уже догадались, он выбрал для себя костюм ДۥАртаньяна. Учителя – по давней школьной традиции – тоже участвовали в маскараде. Костюмы они брали напрокат в костюмерной театра муз. комедии. Марина Анатольевна целый час примеряла тяжёлые пыльные парчовые платья с множеством нижних юбок и никак не могла выбрать тот наряд, который сразу пришёлся бы ей по душе. Одно платье было с чересчур открытой спиной, другое – с слишком глубоким декольте. В таких нарядах как-то неудобно щеголять перед учениками, да и учителя могут чёрт знает что подумать…
Наконец-то платье было найдено: из голубого атласа, с пышной юбкой и кружевной накидкой, оно удивительно шло ей, подчёркивая её тонкую талию и открывая прекрасные плечи, с которых ещё не успел сойти летний загар. «Кто я? Принцесса, баронесса, герцогиня? Пусть я буду госпожой Бовари. Надеюсь, что Флобера и дети, и учителя читали».
В актовом зале гремела музыка. По ковровой дорожке в зал парами входили старшеклассники: тут были и печальный Пьеро с Мальвиной, и Наташа Ростова с Андреем Болконским, и Дон Кихот с Санчо Пансо (самым толстым мальчиком из 11-го «Б»), и все четыре мушкетёра с коварной Миледи – почти две сотни ребят в ярких костюмах и в масках.
Учителя же отдавали предпочтение, в основном, чеховским и гоголевским персонажам.
Только директор школы, царственно восседавшая на задрапированном белой атласной занавеской кресле, в пышном малиновом платье с розовой лентой через плечо и короной на голове, была в этот вечер в костюме Екатерины Великой. Выделялась среди остальных и стройная дама в голубом платье с открытыми плечами, лицо которой полностью закрывала чёрная маска с широкой шифоновой оборкой. Антон, надвинув на лоб шляпу с пером, протянул даме в голубом руку и закружил её в быстром мажорном вальсе.
- Это кто же с Мариной Анатольевной танцует? Не наш ли учитель физкультуры? – поинтересовалась директриса.
- Да что Вы, Зоя Георгиевна, - придвинулась к ней поближе завуч Ольга Семёновна (маленькая, толстенькая, в чепце и костюме Коробочки) – это Антон Петровский из 11-го «А». Я слышала, у него с Мариной Анатольевной роман.
- Роман в моей школе! – возмутилась директриса. – таким учителям – не место в моём дружном коллективе!
А между тем, Д’Артаньян потянул даму в голубом к выходу из зала. Они, взявшись за руки, по широкой лестнице сбежали вниз на второй этаж, где находился спортзал.
- Куда ты меня тянешь, Антон? – пытаясь освободить свою руку из крепкой ладони юноши, спросила Марина.
- В раздевалку. У меня есть от неё ключ. Мы с тобой там будем одни. А чтобы нас не застукали, мы закроемся изнутри и не станем зажигать свет.
- Ты с ума сошёл! Нас будут искать и… найдут. Давай лучше вернёмся в зал, а?
- Нет, нет и нет! Я так долго ждал, когда мы сможем побыть с тобой наедине. Здесь нас точно никто не найдёт.
Антон открыл дверь раздевалки, и через минуту дама в голубом и храбрый Д’Артаньян оказались в кромешной темноте.
В небольшом помещении было очень холодно, Антон почувствовал, как задрожала всем телом Марина, и прижав её к себе, стал целовать её плечи, шею, грудь…
Время для них остановилось.
Они нескоро пришли в себя на старой жёсткой кушетке. У Марины ломило спину, было холодно ногам. Она в темноте стала искать колготки и другие предметы своего туалета, шаря по полу рукой. Антон лежал рядом, она погладила его по щеке. Антон поцеловал Марину и прошептал:
- Я всё о тебе знаю. Знаю, что ты замужем была недолго, что с мужем разошлась, что детей у тебя нет. Знаю даже, где живут твои родители. И ещё я знаю, что мы с тобой любим друг друга. Ты не представляешь даже, как я счастлив!
Марина поцеловала Антона и прошептала ему на ухо:
- Я не хочу, чтобы у тебя были неприятности. Нам надо вернуться в актовый зал.
Антон помог Марине одеться. Незамеченные никем, они выскользнули из раздевалки и скрылись в разных концах коридора: Антон – в мужском туалете, а Марина – в женском.
Марина быстро привела себя в порядок, надела маску и присоединилась к яркой толпе старшеклассниц, водивших хоровод вокруг сверкающей огнями новогодней ёдки.
Антон вместе с тремя одноклассниками-мушкетёрами курил в туалете. Сергей Самойлов – Арамис, стряхивая пепел от сигареты в открытое окно, насмешливо спросил:
- Ну, как, Д’Артаньян? Удалось тебе соблазнить даму в голубом? Признайся братьям по оружию!
Антом улыбнулся:
- Увы, брат, увы… Дама оказалась с характером. Потрепаться – пожалуйста, а прикоснуться – ни, ни… Ну, мы с ней и поговорили за жизнь.
Другой одноклассник, Дима Горленко – Атос, глядя на плащ Д’Артаньяна, съязвил:
- Да, «потрепались» вы изрядно… Что ты, что она. У тебя плащик… того… ну, очень уж помятый, а у Марины подол в одном месте тоже того… оторвался.
Антон побагровел:
- Ты… говори, да не заговаривайся! Подол порвался, плащ помялся – ну, и что с того? На подол наступили, а плащ мой из такой дрянь-ткани, как будто по нему кони топтались, понял?
- Да понял я, понял, - попятился Атос-Дима. – Мне – то что, а вот директриса сразу заметила, что Вас обоих долго не было.
Антон с ребятами вернулся в актовый зал.
Веселье было в самом разгаре. Екатерина Великая под радостные крики и хлопки раздавала подарки. Марины нигде не было видно. Антон искал её глазами в разноцветной толпе, но дама в голубом до конца вечера так и не появилась.
Прошли зимние каникулы. Марина проболела почти две недели. Каждый день в её маленькую однокомнатную квартирку приезжал высокий юноша с букетом цветов. Это был Антон Петровский.
В начале третьей четверти в школу пришла совсем другая Марина Анатольевна: задумчивая, строгая. Куда-то исчезла с её милого лица лёгкая улыбка. Директор Зоя Георгиевна заглянула в класс в самом начале урока и отчеканила:
- Марина Анатольевна, зайдите после занятий ко мне в кабинет.
Все замерли.
Антон влюбленно смотрел на молодую женщину и не узнавал её. Она уже не выглядела беззаботной и счастливой, как раньше. Горькая складка-морщинка пролегла возле рта. Но бледная и измученная Марина нравилась ему ещё больше. Он чувствовал, как от волнения у него учащается пульс, как бьется сердце в груди, словно хочет выскочить из неё.
О чём говорили директор и учительница, не узнал никто. Зоя Георгиевна не любила выносить сор из избы, - авторитет школы был для неё превыше всего. Из кабинета директора молодая учительница, осмелившаяся полюбить своего ученика, вышла с просветлённым лицом и с прямой спиной, как будто сбросила с себя непосильный груз. На столе директора школы остался лежать наполовину исписанный листок из школьной тетради – заявление об увольнении по собственному желанию.

***
Через шесть месяцев Антон окончил школу и поступил на вечернее отделение политехнического института. Устроился работать на радиозавод. Через девять месяцев Марина родила сына и назвала его Антоном. Эта школьная история стала историей семейной – Антон и Марина поженились и переехали в другой город, где никто не знал, когда и при каких обстоятельствах эти двое нашли друг друга.

Уважаемый читатель, оцените пожалуйста данное произведение!
Ваша оценка: Нет (8 голосов)

Рецензии

Знакомая ситуация... не всегда всё хорошо заканчивается.