Тема ненаписанных стихов

Александр Приймак

Тема ненаписанных стихов

Понедельник. Я еду на стройку. В эту неделю очередь нашего отдела. Спецовка на мне не нова. Она сера, но не грязна. Вот только рукавом грязь зацепил с автобуса. Спешил. Кругом вода, расхлябь межсезонья. Но чувствую себя довольно свежим, почти молодым.
Обожаю читать в трамвае. Конечно, если не зависнет рядом инвалид или бабуся. Хорошо, когда остаются места в вагоне. Чтоб уж не отвлекаться. Вот сегодня именно такой случай. И книга отличная – о советских дипломатах.
А когда ещё читать. Дома – дети, дела…
Я перепробовал все виды городского транспорта, плюс самолёт, теплоход и поезд. Нигде не читается прекраснее, чем в новых трамваях. Новых, по крайней мере, для меня. То есть появившихся после шестидесятых годов .
Особенная прелесть чтения в транспорте вот в чём. Я как бы ухитряюсь обгонять время. С одной стороны, как бы просто еду на работу. А с другой – читаю. Притом, чувствую ауру пассажиров вокруг. Они выходят, заходят, проходят, смотрят по сторонам, на меня.
Кому-то, возможно, не нравится, что я читаю. Кто-то, вероятно, претендует на моё место. Невольно соотношу жизнь книжную реальную. И потому моё сознание как бы раздвоено. Но это даётся без особых усилий: тоже опыт.
Но вот вошёл некто…
И будто повеяло какой-то луговой, будто извечной, свежестью. А поскольку сейчас – зима, март только-только начался, и снегу с водой – полно, то ещё и чистотой, напоённой пьянящими радикалами лужиц.
Этот некто несомненно девушка. Это можно представить по лёгкому, будто невольному, касанию тела, придерживающегося рукой за поручень моего кресла. Особенно когда трамвай вздрагивает на стыке рельсов, у моста…
И откуда же эта свежесть, молодящая не только щёки, но, кажется, саму душу?
Теперь я читаю почти с упоением. Но вторая часть меня, моей души, с не меньшим упоением внимает случайной музе. Если, конечно, есть музы чтения, покоя, умиротворённости, чистоты, доброты и мудрости одновременно.
Мы, конечно, ничего не говорим друг-другу. Но воздух кажется напоённым почти незримой связью, связью душ. Она стоит (равно тому, как сижу я) почти не шелохнувшись, чутко-торжественно и как бы предупредительно.
Два-три касания переставляемых для устойчивости ног только дополняют эту чуткую связь. Ноги молоды, очень нежны, чутки, осторожны, почти пугливы, и вместе с тем – достойны. Она стоит у моей скамьи, как нежный и верный часовой краткого покоя моей души. Может быть, находящей в этой нежной верности своё высочайшее предназначение.
И я не знаю чувства более полного, более, как мне представляется, двустороннего, более сладостного.
У юных влюблённых бывают разговоры одними глазами.
У нас – разговор душ. Во всяком случае, так чувствует моя душа.
Может быть, в её душе этого вовсе и нет?
Но вряд ли. Я отказываюсь в это верить. Этого не может быть после всего, что уже было.
Удивительно, но именно плавное, неудержимо прямое движение трамвая способно вызвать такие чувства. Рывки автобуса, например, более сексуальны…
И вот ещё что. Ведь, в общем-то, отнюдь не секс ищем мы в любимых. Вернее, не это, прежде всего, нас увлекает.
Как женщину увлекает обаяние мужественности, так и в женщинах – обаяние женственности. Хотя уловить его непросто. Может показаться – почти невозможно.
А уж страсти, «хлебы»… - это способно затмить собой всё. Если нет основного. Без чего любовь – не любовь, а лишь похоть.
Причём, часто эмансипированная женщина способна не почувствовать, не учуять этого вовремя. Да оно и немудрено. Ведь многие мужчины так испоганивают понятие женственного начала и смысла жизни, что лишь похоть и остаётся…
Не такова ли и трагедия Александра Блока? С его поисками Прекрасной Незнакомки, олицетворения вечной женственнсти? Вечной! Именно вечной! Женственности.
Разве не от Вечной Женственности им всё остальное вечное на Земле.
Я уже почти не читаю. Да и следующая остановка трамвая – моя. И страж мой добровольный несколько отодвинулась за меня. Я это чувствую. Я это знаю. Хотя и не оборачиваюсь.
Как я признателен ей за то, что она не побрезговала стать рядом со мной. Хотя рукав, потёртый автобусом, недвусмысленно грязен. И лишь малая его часть поддалась срочно предпринятой мною его чистке.
Правда, я попытался прикрывать это пятно читаемой мною книгой. Но этот приём, конечно, заметен её. Но она не отстраняется до тех пор, пока это, видимо, ним становится неприличным в пустеющем трамвае.
И вот моя остановка. Я встаю решительно. И выхожу, не оборачиваясь. Памятуя мудрое, кажется, восточное изречение. «Если не хочешь разочароваться в красавице, не оборачивайся».
Но я не оборачиваюсь не потому. Ведь молодая женщина может оказаться и не красавицей. И это способно ослабить постигнутый душой смысл (не потому ли влюблённые встречаются чаще всего ночью).
А ещё я не хочу оскорбить этот момент даже намёком на похоть, даже подозрением на это. Я ухожу прочь, не оборачиваясь.
Хотя этим мог и оскорбить её. Ведь она – всё же по-земному простая. Как та, которой А.Блок посвятил около восьмисот стихотворений. Назвав их циклом стихов Прекрасной Даме, как символу Вечной Женственности.
Хотя ставшая ему женой, так и не поняла его…
Я ухожу, не оборачиваясь…
Рвутся, гаснут на ветру душевные нити, душевные искры…
Впереди – стройка.
Вполне реальная стройка.
9 марта 1981 года.

Уважаемый читатель, оцените пожалуйста данное произведение!
Ваша оценка: Нет (66 голосов)

Рецензии

аватар: арина потёмкиных

в трамвае,как ни странно,очень часто по сравнению с другими местами приходит Вдохновение

На мой взгляд, очень удачно получилось передать любование женщиной с духовной стороны. Именно как Божественным Произведением Искусства. Честно говоря, меня начинает внутри коробить, когда я вижу, как некоторые мужчины разглядывают женщину. Они смотрят на нее исключительно как на источник наслаждений, забывая о том, что женщина – прежде всего человек, ангел, который послан нам, мужчинам, чтобы дарить тепло, нежность, ласку, Любовь… Да, именно Любовь, с большой буквы.

В этом рассказе я увидел много сильных образов. И суета общественного транспорта, как символ того, что люди, по большей части, отгораживают себя от чувства прекрасного житейскими заботами, проблемами, нередко создаваемыми искусственно. И грязь на рукаве, которую герой старается прикрыть. Она как символ той похоти, которая постоянно норовит овладеть нашим разумом при виде красивой женщины. Герою становится стыдно за тех мужчин, которые не могут, а чаще не желают видеть в женщине, прежде всего, прекрасное, которые не любуются красотой женского тела, а пялятся, извините за грубость, на «голых баб». Он как бы извиняется за них, пытаясь прикрыть это пятно.

И концовка рассказа полна оптимизма и веры в то, что рано или поздно придет то время, когда вся эта грязь уступит место высоко духовным отношениям, которые люди выстроят самостоятельно, своими руками.

аватар: Александр Приймак

Спасибо за "суголосность".
Спасибо за очень "тонкий" разбор. За очень глубокую "критичность".
За надежду!
До встреч!
ПАИ