Судьба выжить

Через полянку, напрямик,
в пятнистой полумгле
на лавочке сидит старик
и мелко крошит хлеб.

Народ пернатый там шумит,
слетелся и снуёт –
и голуби, и воробьи,
и даже вороньё.

Бурчит старик (но всё не впрок,
тут ссоры и делёж):
«Ты если съешь большой кусок,
в мучениях помрёшь!»

Перед глазами не весна,
а холод, лёд и стыд,
открыла настежь дверь война,
сосед в снегу лежит.

И стонет у ребят нутро,
под ложечкой сосёт –
нашли три нормы макарон,
сырыми съели всё...

Помельче белый хлеб крошить
и как-нибудь вспугнуть,
чтоб не спешили глупыши,
чтоб ели по чуть-чуть.

Отговорить опять не мог,
им кушать невтерпёж,
а если съесть большой кусок,
в мучениях умрёшь!

За парком город и Нева
и много-много лет,
не птицы тут, а пацанва,
которая в земле.

И срыты рвы и блиндажи,
дорожка – напрямик,
а Бог его оставил жить,
чтоб вдоволь накормил.

Февраль 2017

Уважаемый читатель, оцените пожалуйста данное произведение!
Голосов пока нет