Суд над декабристами.

Суд над декабристами. (1)

Прошло 185 лет со дня царской расправы над декабристами. Благодаря дошедшим до нас многочисленным судебным материалам и литературным источникам, стала известна роль императора Николая I во всей этой трагедии: царь лично вёл допросы лиц, причастных к тайному обществу, лично определял меру наказания каждому декабристу.
По меткому выражению историка П.Е. Щёголева, «всю жизнь прочно и крепко сидел в нём [Николае I] сыщик, следователь и тюремщик, вечно подозревающий и выслеживающий, вечно ищущий, кого бы предать суду и наказать». Всю зиму 1825-26-го года шли аресты в Москве и Петербурге, Киеве и Могилёве, Белой Церкви и Смоленске, в Поволжье и на Кавказе – со всех концов России декабристов под стражей доставляли в Петропавловскую крепость. Роскошный царский кабинет в Зимнем дворце был превращён в следственную камеру. Царь хотел сначала немедленно – в 24 часа! – расстрелять всех арестованных, но правовед М.М. Сперанский убедил государя не спешить с расстрелом, а сначала провести следственные действия, чтобы хотя бы формально соблюсти букву закона. Декабристы же были уверены, что их будет судить Сенат – высший судебный орган России того времени. Так должно было быть по закону, но царь как раз не доверял Сенату и изменить его состав не мог. По совету того же М.М. Сперанского, государь решил создать Следственный комитет, которым он мог бы легко управлять, навязывая свою волю. Яркую характеристику судьям декабристов дал князь-эмигрант Долгоруков П. В.: «Следственная комиссия составлена из девяти человек: старого идиота военного министра графа Татищева А.И., тупоумного великого князя Михаила Павловича, подлейшего князя Голицына А.И. и шести генерал-адъютантов – по душе и по званию усердных николаевских холопов». Созданный по воле царя, Следственный комитет не имел никаких законных процедурных правил. И многие декабристы об этом хорошо знали и требовали правовых гарантий и человеческого обращения к ним. Так, например, подполковник Грабе А.Х. заявил во время следствия генералу Чернышёву А.А.:
«Ваше превосходительство, Вы не имеете право так говорить со мной: я под судом, но ещё не осужден…» Но генерал Чернышёв продолжал во время допросов оскорблять арестованных, шантажировать их, унижать, угрожать им расправой и пыткой. Царь по достоинству оценил верноподданническую жестокость генерала и впоследствии назначил его на должность военного министра России. Сам же государь был великий лицедей! Его способность перевоплощаться поражала даже видавших виды царских сатрапов. Николай I добивался признательных показаний то наигранной искренностью, то хитростью, то обманом, то угрозой, пускал в ход даже слёзы. Несгибаемого Петра Каховского тронули «слёзы отца отечества», и он написал царю целый ряд покаянных писем с чистосердечным признанием. К. Ф. Рылеев долго отказывался раскрывать цели и задачи вооружённого восстания декабристов, и тут царь нашёл, чем его «задеть за живое». Он выделил мизерную денежную помощь жене декабриста из царской казны, о чём тотчас же было сообщено Рылееву. Потрясённый царской «заботой» декабрист, тут же дал подробные ответы на все вопросы Следственного комитета.
Арестованных держали в сырых и тесных камерах Петропавловской крепости закованными в кандалы, хотя ещё Екатерина II своими Указом отменила телесные наказания и кандалы для обвиняемых из дворянского сословия.
С декабристами обращались столь бесчеловечно, что только за время следствия умерло 24 человека – от болезней, открывшихся ран, а были и такие, которые добровольно ушли из жизни.
Всего же через Следственный комитет прошло 570 подозреваемых, а перед Верховным Уголовным судом предстал 121 человек. И ещё одна немаловажная деталь: члены суда заседали всего две недели, чтобы вынести приговор всем осуждённым декабристам, а следствие по делу 14-го декабря длилось почти полгода.
Члены Верховного Уголовного суда (все 72 человека) собрались в полном составе всего один раз(!!!) 12 июля 1826 года во время оглашения приговора. Они не знакомились с делами декабристов, с материалами их допросов, а формально требовали от осуждённых ответа лишь на три вопроса: «Добровольно ли подписаны показания? Своей ли рукой они подписаны? Были ли очные ставки?» но ответа на основной вопрос:
«Признаёт ли подсудимый себя виновным в предъявленном обвинении?» – суд не слышал да и услышать не мог, так как такого вопроса не задавал.
Комментарии, как говориться, излишни.
Чтобы создать общественное мнение о том, что правосудие каждому декабристу определило ту меру наказания, которое он заслуживает, было придумано 11 разрядов, ходя этих формальных разрядов могло быть и 13-ть, и 15-ть и двадцать.
Главным обвинением был «умысел на цареубийство», хотя многие осуждённые были сторонниками конституционной монархии.
Дабы просвещённая Европа поверила в «высочайшую милость» императора России, всем подсудимым царь определил сначала смертную казнь (кому – четвертованием, кому – через отсечение головы, а кому – через повешение), но, якобы не желая «проливать кровь», заменил 116-ти декабристам смертную казнь на вечную каторгу и ссылку, и лишь пятеро декабристов были объявлены вне разрядов.
13 июля 1826 года на рассвете они были повешены на плацу кронверкского вала Петропавловской крепости, недалеко от церкви Троицы, почти на самом берегу Невы.
Их, будто высеченные на камне, профили появятся потом на обложках Герценовской «Полярной звезды».
Имена их известны: это
Кондратий Рылеев,
Сергей Муравьёв-Апостол,
Павел Пестель,
Пётр Каховский,
Михаил Бестужев-Рюмин.
История никогда не забывает своих героев.

Лина Пятак
г. Харьков

Уважаемый читатель, оцените пожалуйста данное произведение!
Ваша оценка: Нет (3 голоса)

Рецензии

аватар: Анастасия Крючкова

Это  те люди, которые зародили в людях желание чего-то нового, не побоялись высказать свое мнение.

http://www.apn.ru/publications/article22993.htm