Несчастный случай

В ночь на Рождество, к сожалению, происходят не только чудеса. В дни праздников и народных гуляний статистика происшествий с удивительным постоянством пополняет свой печальный счёт.
Пожар в старом доме по улице Мироносицкой был потушен быстро и умело: выгорела только часть угловой комнаты на первом этаже. Соседи по лестничной площадке почти не пострадали, но без жертв не обошлось. В дыму задохнулась одинокая старушка, страдавшая астмой и целым «букетом» болезней, что расцветают пышным цветом у всех, кто доживает до глубокой старости.
Погибшую хозяйку квартиры, где случился пожар, звали Анна Михайловна Берестянская.
***
Десятилетняя Анечка больше всего на свете любила своих родителей и математику. У четы Берестянских – скромных совслужащих, работающих на железной дороге, Анечка была единственным ребёнком, и к тому же, - поздним, поэтому родители с неё пылинки сдували, лелеяли, баловали, прощая девочке усиливающуюся с годами нелюбовь к порядку и полнейшее равнодушие к повседневному домашнему труду. Ручки Анечки никогда не прикасались к утюгу, венику, грязному белью, немытой посуде – все дела по дому несли на своих плечах её родители. А девочка в это время с удовольствием решала задачи, играла в шахматы, каталась на коньках, бегала с подружками в кино, зная, что дома её ждут вкусный обед, чистая постель, наглаженная одежда, любящие отец и мать. По математике Анечка была первой ученицей в школе, поэтому без особого труда, спустя месяц после выпускных экзаменов на аттестат зрелости, поступила в педагогический институт на физмат. Перед войной она как раз закончила первый курс, а доучиваться ей пришлось уже после победы.
Войну Анечка вместе с родителями пережила в эвакуации – в маленьком захолустном городке на Урале. Было тяжело, голодно и холодно, но и в таких ужасных условиях родители старались лучший кусок отдать дочери, всячески оберегая её от страшных язв и ран военного быта. Недоучившаяся студентка устроилась на работу в школу: преподавателей математики не хватало, так как почти все учителя – мужчины ушли на фронт. В деревянном домике на окраине городка, где жила семья Берестянских, не было ни воды, ни отопления: приходилось топить печь дровами и углём и каждый день носить из колонки воду. Трудно в это поверить, но уже взрослая дочь по утрам терпеливо ждала, когда рано постаревшая мать расчешет её длинные волосы и заплетёт их ровно и красиво в пышную и тяжёлую каштановую косу. Без родителей Анечка жизни своей не представляла: она без них не могла и шагу ступить. Девушка в свои двадцать два года ничего не умела делать, оставаясь для родителей малым ребёнком, который постоянно нуждался в опёке и поддержке, внимании и заботе. Отец и мать любовались дочерью, Анечка и впрямь была хороша: круглолицая, с милыми ямочками на щеках, узкой девичьей талией, красивой грудью, которую девушка почему-то упорно прятала в глухие платья с воротничками «под горлышко».
После войны Берестянские вернулись в родные места. Анечка вновь почувствовала острый, пьянящий вкус студенческой жизни, хотя за её плечами уже был трёхлетний опыт работы в школе. Девушка так увлеклась учёбой, что о личной жизни ей и подумать было некогда. Родители вздыхали, надеясь, что когда-нибудь их единственная дочь всё же обретёт семью. Но этого так и не случилось…
В двадцать восемь лет учительница математики Анна Михайловна Берестянская страстно влюбилась в своего коллегу – Виктора Викторовича Силина. За глаза его называли в школе «Виктор в квадрате». Он был женатым мужчиной, отцом семейства, но это вовсе не мешало ему настойчиво ухаживать за всеми молодыми женщинами, которые попадали в его поле зрения. «Виктор в квадрате» давно приметил неискушённую в любовных делах девушку, легко вскружил ей голову, бросая на неё нескромные восхищенные взгляды. Поначалу он ходил вокруг неё, нежно воркуя, как голубь вокруг голубки, дарил цветы, провожал до дома, - на самом же деле он с нетерпением ждал удобного случая, чтобы соблазнить наивную и доверчивую, как ребёнок, Анечку.
То, что произошло между ними в чужой квартире, совсем не понравилось девушке: было больно, неловко, неудобно и стыдно… не такой представляла себе Анечка романтическую любовь. Кто знает, будь Виктор Викторович в момент их сближения чуть ласковее, чуть сдержаннее, может, ему и удалось бы разбудить крепко спящую анечкину чувственность, и они вполне могли бы стать счастливыми любовниками, но Силин был груб, настойчив, неделикатен, он не сказал ей тех слов, которые она от него ждала, и потому в дальнейшем их пути разошлись навсегда: Анна Михайловна перевелась на работу в другую школу.
Что-то, видимо, сломалось в ней тогда, лопнула какая-то очень важная пружина, и молодая женщина резко стала терять свою привлекательность: она обабилась, опустилась, перестала следить за собой и выглядела, как типичная старая дева.
Старенькие родители Анны Михайловны совсем разболелись. У матери уже не было сил следить за порядком в квартире, а работавшей с утра и до вечера дочери было не до уборок. Квартира, благодаря полнейшему равнодушию Анны Михайловны к быту, очень скоро превратилась в запущенный, донельзя захламлённый склад вещей: в коридоре и в комнатах стояли вдоль стен ящики из-под бытовой техники, куда нерадивая хозяйка запихивала, что попало. В ящиках лежали тюки с грязным постельным бельём, которые Анна Михайловна забывала сдать в прачечную; туда же складывались поношенные вещи и требующая ремонта обувь, а на них сверху – книги и журналы, которым уже не было места на полках.
Со временем трудно было вспомнить, где что лежит. Ворох пожелтевших газет надёжно хоронил под собой не сданные в приёмный пункт стеклотары пустые банки и бутылки и не довезённое до прачечной бельё…
В комнате, где доживали свой век родители Анны Михайловны, невозможно было долго находиться: там стоял стойкий, тяжёлый, удушливый запах лекарств и неухоженной старости.
…После смерти родителей пожилая учительница математики долго не могла прийти в себя. Отец и мать занимали в её жизни так много места, что образовавшуюся пустоту некем и нечем было заполнить. Анна Михайловна потеряла всякий интерес к работе, ушла на пенсию и на шестом десятке лет стала, как две капли воды, похожа на неопрятную в старости жену вождя мирового пролетариата – Надежду Константиновну Крупскую: такие же редкие, зачёсанные наверх седенькие волосы, собранные в пучок на затылке; такая же мышиного цвета бесформенная одежда; такое же отрешённое от всех и от всего застывшее серое лицо.
Шли годы. Они были уже не в радость, а в тягость. Стареют ведь не только люди, но и дома, в которых они живут. Дом на улице Мироносицкой только с виду казался крепким: ветхость коснулась и его когда-то прочных и надёжных стен. И порой достаточно только одной забытой зажжённой свечи, только одной крохотной искры, упавшей на ворох газет, чтобы вспыхнул пожар и случилось несчастье…

Уважаемый читатель, оцените пожалуйста данное произведение!
Ваша оценка: Нет (8 голосов)