Четвертое отличие Европы

Третье отличие Европы

Не столько потому, что сибарит и селадон, но потому, что эстет, гурман, эротоман, внимание мое заполоняют не столько окружающие виды, сколь окружающие дамы.
И следует отметить, что Дамы в Европе весьма отличные от наших.
Но прежде стану утверждать, что самые красивые, самые яркие и самые лучшие – это девушки моей родины – юго-восточной, малороссийской, Украины.
О европейских женщинах нельзя сказать красивая, но следует, почти всегда, отметить, что неповторимая, шикарная и совершенная.
Конечно, буду судить тех, кого анализировал вблизи.
Наших гидов-экскурсоводов, которые, как будто, с понтом, русские по происхождению, но совершенно европейские, по сути.
Отметил феномен, как этнические славянки приобрели черты тех стран, в которых проживают(?).
Разумеется, эти дамы имеют типичные черты всех женщин в мире, как то – эгоцентричность, самонадеянность и бестолковость.
Но я не об этом, а только о внешнем антураже.
Возьмем «француженку» Марию и опишем внешность:
Надо взять, к примеру, молодую Анни Жирардо из времен «Рокко и его братья», или уже немолодую Одри Тоту из «Шанель, еще Коко» и обрядить в одежды Марии.
Во-первых, непременная фишка всех экскурсоводов – зонт. Что служит «вешкой» для внимания группы.
У Марии «винтажный» зонт-трость – длиннющий, с массивной рукоятью и, должно быть, пышным полотнищем, пережатым двумя кольцами, что зонт имеет «картинный» или, вернее, «карикатурный» вид.
Под стать зонту и верхняя одежда – в осеней, табачно-серой гамме, из толстого сукна… не знаю – драпа иль ратина… не знаю – жакет или полупальто?
Я же не «историк моды Александр Васильев» и не могу судить.
На ум приходят термины: «Тальма»… «Шлаффрок»… и «Редингот»?
или еще – «Лапсердак» и «Полуперденчик».
Во всяком случае, что-то изысканное и уникальное.
Под стать одежде и неприглядное, блеклое лицо без макияжа. Ну, разве, капелька для блеска губ… но непременные духи… что даже мой, хронически несовершенный, нос учуял обволакивающее амбре.
Как принято у французов – сыр «Рокфор»…, «французский поцелуй»… и «Запах Женщины»…
Что вспомнил «классику» - о том, как Наполеон, возвращаясь из победного похода, отсылал гонца к Жозефине – что вот-вот прибудет и пусть прекращает подмываться.
Если русская «француженка» Мария отличается всем видом от моих славянских женщин, то русская «испанка» София, что встретила и обиходила нас в Барселоне, отличается всем Образом.
Я просто восхищен метаморфозой – как славянка выглядит, словно истинная «Иберийская Грандесса»!
Как все дикторши каналов кабеля отеля… как танцовщицы «Фламенко»… как все встречные торговки…
«Благородный» узкий фас, хорошо вылепленный нос, мясистые чувственные губы…
Что сразу представилась умная, все понимающая Лошадь… а эти, чуть на выкате, влажные глаза как у «задумчивой коровы Милки, что, как известно – приносит мир и лад, и взаимопонимание в сердцах»…
или у меня в «Восточном мотиве»:

Проплакала глаза пугливой лани
Пока он свой кальян пробулькал на диване…

Истерзался, как назвать качество Софии – «испан…ство», или «испан-ность»?
Но когда нас подвезли в Храму Святого Семейства, понял, что «SAGRADA FAMILIA» и София – явления одного порядка.
Что восхитительная и вычурная уникальность творения Гауди, где острые шпили устремляются куда-то в небесную Высь и многоярусные архитектурные и скульптурные «прибамбасы» - вся эта лепнина акантов, кружев и жанровых библейских сцен так перемыкается с невозможным антуражем многослойных одеяний Софии… что начинаются длиннющим распахнутым тренчем с бесчисленным количеством деталей, типа погонов, полок, планок, пуговиц и кнопок, карманов, поясов, лацканов, обшлагов… подвернутых на три четверти рукавов, откуда тянутся, как шпили храма, узкие, в обтяжку, рукава до самых кончиков пальцев… или переходящие в… митенки (Господи! Чуть не назвал «минетки»?). А из-под «юбки-брюки» такие же гамаши (или лосины?), что переходят в великолепные, вязаные в гармошку не то гетры, не то голенища сапог(?).
И эта «Мудрая» София столь же многообразна, как сама Барселона, то сияющая красками, как у раннего Пикассо, то поражающая вычурными деталями, как у позднего Дали…
И как эклектичный, нескучный, фантазийный Гауди!
Как Барселона во всей многоцветной Синеве – от насыщенной глубины Моря до размытой прозрачности над Монтсеррат…
Нет, мне не забыть ни Барселоны, ни как испанки отличаются от моих славянских, самых лучших на свете, женщин!

Касаясь итальянской части приключений, следует сказать, что «проводницы» в мир историко-культурного гламура в полной мере отражают «Тему».
В той же Вероне русская «итальянка» Наташа предстала нам в образе «Артистки из массовки»…(чуть не назвал «артистки погорелого театра»)… нет – «настоящего Театра», где ставят пьесу в 3-х актах Вильяма… нашего Шекспира.
Наташа, происхождением славянка, подлинно итальянского вида, что, глядя на ее изящные черты, начинаешь вспоминать всех celebrity… еще когда-то Клаудиа Кардинале… затем Стефания Сандрелли и Орнела Мути… и, совсем недавно, Изабелла Росселини и Моника Белуччи…
Что теперь вздыхаю… вспоминая Наташин тщательный прикид в стиле «Casual» из настоящего итальянского конфекциона, без малейшего китайского ширпотреба «итальянского дизайна».
Все вспоминаю…
Как, подведя к «Стене античного амфитеатра», без запинки поведала историю гладиаторов-рабов, смешав все в кучу: и учебник по истории 4-го класса, и давний блокбастер «Спартак» с Кирком Дугласом, и недавний «Гладіатор» Рассела Кроу...
А затем повела по чудной мраморной мостовой на первый акт спектакля «Сцена у фонтана» на Ратушной площади, загроможденной историческим «реквизитом» и сувенирной «бутафорией»… вернее, «фурнитурой», что сразу вспомнились слова Ежи Леца о том, что «Реставрация – есть замечательная подмена несуществующего оригинала»…
И затем в «Святая святых» - в домик, вернее, «дворик Джульетты»… где толпа туристов даже в это «несезонное» время, где густой, липкий и сладкий, как патока, глАМУР, как толстый слой жвачек, облепивших по периметру все стены дворика, и замочков на решетке, видимо, специально установленной для них…, и кучей малых и больших сердечек…, и разноцветных граффити по слою жвачек… и где бронзовая Джульетта, с залапанной до блеска правой сиськой, задыхается в любовном, пардон – гламурном кураже…
Вот те же англичане честно говорят, что дом на «Бейкер-стрит» поставлен по желанию фанатов Шерлока Холмса.
А в Вероне лелеют «исторические места» и на туристических картах указывают «Casa di Giulietta» и «Casa di Romeo».
Как прав был «Вильям… наш Шекспир»:
- Весь мир – театр, и люди в нем – актеры!
В Венеции, как и должно, быть, Гидесса настоящая, стопроцентная итальянка Nada, «девушка семидесяти годов в розовом плащике», точь-в-точь, как сама Venezia, наполнена пафосным гламуром.
И так бы хотелось написать о Наде… да не смею: - Наду повидал мельком.
Озабоченный сверхцелью отыскать Тинто Брасса, сбежал с экскурсии «На север от Ponte di Rialto»…
но об этом в следующей главе.

Уважаемый читатель, оцените пожалуйста данное произведение!
Голосов пока нет