Богдан + Катя = любовь.

Лина Пятак
Богдан + Катя = любовь.
Рассказ.
Катя заметно волновалась. Её повышенная нервозность выражалась в лишних и совершенно бесполезных движениях, дрожании рук и в том, что она одновременно пыталась сделать несколько дел, и ничего путного, конечно, из этого не выходило.
Молодая женщина, созвонившись с подругами уже знала, что на встрече одноклассников должен впервые приехать Богдан – её школьная любовь. Десять лет прошло после окончания школы – достаточный срок, чтобы окончательно освободиться от прежних иллюзий и забыть, наконец, того, из-за которого, ну, никак не получается у неё, уже взрослой, многое повидавшей, найти своё женское счастье. За плечами у Кати был гражданский брак, который не принес ей ни покоя, ни радости. Просто жили под одной крышей два совершенно чужих человека, ни в чем не уступая друг другу, и растянулась эта канитель почти на четыре года.
Катя закусила губу… Богдан, только он один мог сделать её счастливой, и только от него она хотела бы родить ребенка. Всё равно кого – мальчика или девочку, лишь бы видеть на детском личике плотно сжатые губы Богдана или его улыбку…
Богдан пришёл в их класс в середине года. Его родители переехали в провинциальный крымский город из Прибалтики. В одночасье прибалтийскиестраны-соседи стали нетерпимы ко всему русскому, и семейство Васильевых решило перебраться в южные края – поближе к морю. К теплому Черному морю – от неприветливого и холодного Балтийского. Появление Богдана в их 8 «А» не осталось незамеченным ни одноклассниками Кати, ни учителями. Сразу стало ясно, что в классе появился лидер – серьезный, уверенный в себе, с классической спортивной фигурой.
- Привет! – сказал Богдан всем сразу и каждому в отдельности. – Я немного отстал по программе и буду очень рад, если кто-то из вас мне подскажет, что вы сейчас проходите по математике?
Желающих «подсказать» оказалось слишком много. Девочки окружили Богдана и, перебивая друг друга, принялись объяснять ему, что к чему. А Катя стояла и смотрела на слегка порозовевшие щёки Богдана, который был немного смущён, конечно же, потому, что не ожидал такого участия по отношению к своей персоне со стороны девочек класса. Мальчикам же совсем не понравилась такая бурная реакция одноклассниц на просьбу Богдана. Самый хулиганистый пацан – Гоша Богданов – сжал кулаки и сквозь зубы предложил новичку встретиться после школы «поговорить».
Богдан усмехнулся:
- Поговорить с тобой я всегда успею. Но учти, с шести лет я занимаюсь восточными единоборствами. Мне совсем не хочется за секунду сломать тебе нос или вывернуть челюсть, ведь пластические операции стоят дорого. Вопросы будут?
Гоше пришлось отступить.
Девочки «заахали» и «заохали» и тут же влюбились в Богдана, ещё бы - красавец, спортсмен, герой! Они принялись его охмурять по-детски – напористо и неумело, наперебой приглашая его то в кино, то в театр, то на дискотеку, то на дни рождения, то на прогулку в парк, на что Богдан вежливо отвечал:
- Спасибо большое, рад бы пойти с тобой (Света, Оля, Лена и т.д.), но у меня тренировки. Это целая система. Выпасть из системы я не могу.
Только Катя никогда никуда не приглашала Богдана. Она страдала молча. Такой необычный мальчик сразу же понравился ей, но она даже себе не хотела в этом признаться. А Богдан и с ней был учтив, вежлив, как с другими – не более того.
В свои четырнадцать лет Катя выглядела потрясающе: длинноногая, длинноволосая – ну просто модель! На неё обращали внимание десятиклассники и даже студенты, но Кате был нужен только Богдан. Она украдкой поглядывала на него на уроках и сразу же отводила глаза или опускала ресницы, как только взгляд её достигал цели.
Всё-таки школа – это большая коммуналка, общежитие, где вынуждены годами сосуществовать совсем разные люди со своими характерами, амбициями, вредными и безобидными привычками.
Катя верила, что рано или поздно Богдан разделит её чувства. Случай, где им представилась возможность оказаться вдвоём, вскоре представился. Это был уже девятый класс – конец учебного года. Новая «классная» повезла ребят на экскурсию в Феодосию – в картинную галерею И. Айвазовского. Раньше Катя не раз бывала там с мамой. Но уже в автобусе ей стало плохо, затошнило, видимо, укачало. Бледная, измученная, совершенно разбитая, она не пошла с ребятами в музей, а села напротив галереи на скамеечке и стала сосать леденцы, чтобы ушла горечь изо рта и ушли, наконец, дурнота и слабость. Катя закрыла глаза и прислонилась спиной к скамейке, как вдруг почувствовала на своей руке чью-то горячую ладонь. Девочка даже подскочила от неожиданности, но глаза её засияли, когда она увидела рядом с собой Богдана:
- Прости, что испугал тебя … Я вижу, тебе совсем плохо. Может, тебе водички холодной принести?
- Может, – прошептала Катя, закрывая руками свои пылающие щёки.
Богдан тут же, в ближайшем киоске, купил воду и пластмассовый стаканчик. Протянул Кате бутылку с водой, сел рядом. Катя жадно пила, стараясь не смотреть на сидевшего рядом Богдана. Потом она вытерла губы ребром ладони и строгим учительским голосом спросила:
- А ты почему с ребятами в галерею не пошёл? Там ведь есть, что посмотреть. Айвазовский написал более шести тысяч картин, правда, выставлены не все.
- Я не люблю маринистов, - признался Богдан. – Писать всю жизнь одно море - это так скучно… И вообще живопись не волнует меня нисколько. Наверное, потому, что она статична. В ней запечатлён один какой-то момент - или готовый натюрморт, или выбранный заранее сюжет, а динамики нет.
- Ну, что ты, - не согласилась с ним Катя. – У Айвазовского столько динамики, что Боже мой! На картине «Девятый вал» шторм так изображён, что страшно становится … У него море – живое существо: оно дышит, двигается, гневается, наконец! Иди, смотри!
- Нет, я лучше с тобой посижу, если ты не возражаешь? А может, тебе хочется побыть одной?
- Да, нет, сиди, пожалуйста, только долго тебе придется сидеть. Экскурсия длится полтора – два часа, смотря какой экскурсовод попадётся.
Одноклассникам Кати и Богдана выпал последний вариант, поэтому девочке и мальчику удалось поговорить и о живописи, и о спорте, и о прочитанных книгах. Не во всем их интересы совпадали, но Катя не огорчилась, а даже обрадовалась этому. Богдан раскрылся для неё совсем с неожиданной стороны. Он, оказывается, не только хорошо учился, много занимался спортом, но и успевал читать книги по биоэнергетике, психологии, увлекался философией и политикой.
Чтобы встречаться с Богданом во время летних каникул, Катя на отрез отказалась ехать с родителями на дачу. Ребята виделись не каждый день, но их взаимное притяжение друг к другу всё возрастало. В какой-то момент Катя с ужасом поняла, что хочет, чтобы Богдан прижал её к себе, обнял и поцеловал. Но сам юноша, предпочитал, в основном, общение на разговорном уровне. Он подавал ей руку, когда Катя выходила из автобуса или переходила дорогу. Подружки телефон обрывали, спрашивая без всякого стеснения: «Ну, как, вы целовались уже?». И девочке пришлось соврать. А что ей ещё оставалось делать?..
На Катин шестнадцатый день рождение Богдан пришёл с букетом белых роз и большим (необычной формы) тортом.
Вручая и то, и другое, пояснил:
- Это – наполеон. Мама специально для тебя испекла. А мне нельзя мучного, система не позволяет.
- Богдан, - засмеялась Катя. – Прошу тебя, ну, хотя бы на один вечер выйди ты из своей системы, позволь себе всё – без всяких ограничений!
- Увы, увы … Система выталкивает слабых и безвольных. Кому, скажи, я буду нужен такой – не рыба, не мясо? ..
«Мне!» - хотелось крикнуть Кате. Но крик застрял в её горле и вызвал приступ кашля.
Откашлявшись, девочка поспешила в прихожую встречать гостей. Когда все собрались и сели за стол, гости загалдели, зазвенели ложками и вилками, растаскивая закуски по тарелкам.
Богдан ел мало, то и дело посматривая на ослепительно красивую Катю. С распущенными волосами, в открытом лиловом платье, девочка была похожа на диковинный цветок. Все с ней танцевали, все ей говорили комплименты, один Богдан сидел в уголке возле аквариума и внимательно следил за мельтешением разноцветных рыбок.
Катя не выдержала и сама подошла к Богдану.
- Пошли потанцуем! Ах, прости, я совсем забыла, что твоя система допускает только созерцание, а вот соприкосновение – ни Боже мой!
- Почему ты так пренебрежительно отзываешься о моей системе? Она допускает всё, но в меру.
Он встал с кресла и резким движением привлёк Катю к себе. Лучше бы он этого не делал!
Девочка танцевала в его объятиях, как будто босыми ногами ступала на раскаленные угли, от его горячего дыхания на минуту у Кати закружилась голова, и она уронила её на грудь Богдана.
- Ну, я же говорил, Катя, что моя энергетика тебе совсем не подходит. Ты очень слабая духом и телом, а должна стать сильной, понимаешь? Только у сильного с сильной может получиться что-то прочное и крепкое.
- Я не хочу быть сильной, - еле слышно произнесла Катя. – Я такая, какая я есть. И не пытайся меня переделать … Ни за что и никогда я не буду частью твоей системы. Ты слышишь меня, Богдан?
- Да, слышу, слышу … Напрасно ты думаешь, что я хочу тебя переделать. Ты сама сможешь стать сильной когда захочешь.
Катя и Богдан встречались по-прежнему, проводили много времени вместе, но между ними возникло какое-то внутреннее напряжение, природу и суть которого они понять не могли.
Уже был позади выпускной вечер, давший всем им, семнадцатилетним, свободу и личный выбор – каким путём дальше идти. И уехал поступать в военное училище Богдан, а Катя, неплохо знающая английский, без особого труда поступила в университет на ин. яз. Два года связь между ними осуществлялась с помощью писем, а потом вдруг внезапно оборвалась. И как ни пыталась Катя узнать, где служит Богдан, все её попытки были тщетными. В отчаянии, она даже поехала к родителям Богдана, но и они ничего не знали о местонахождении их сына. Им как-то позвонили по городскому телефону и сказали, что Богдан Андреевич Васильев «выполняет важное государственное задание в одном из спецподразделений за пределами нашей страны». Катя рада была услышать, что он жив, что с ним ничего, слава Богу, не случилось. Или … случилось? Об этом ей не хотелось думать.
После окончания университета Катя работала в бюро переводов, а потом сама открыла частные курсы по изучению иностранных языков, пригласив специалистов – преподавателей, владеющих испанским, французским и восточным языками.
Её личная жизнь как-то сама собой отошла на второй план, попросту говоря, её не было: курсы отнимали почти всё время.
Богдан был частым ночным гостем молодой и красивой девушки, он снился ей так зримо, так осязаемо, что Катя просыпалась от ощущения, будто всю ночь занималась с Богданом любовью. Понимая, что с нереализованными желаниями надо что-то делать, Катя попыталась создать хоть какое-то подобие семьи с Виктором де Парма – преподавателем французского языка на её курсах. Виктор был на четверть французом (по отцу), а по материнской линии в нём круто были замешаны испанская, русская и даже цыганская кровь. Если бы не его ревность, возможно у них бы что-то и получилось. Но даже живя с Виктором, каждый день ложась с ним в постель, Катя думала о Богдане. Любовь к нему не проходила, а наоборот, крепла. Катя всё же нашла в себе силы расстаться с Виктором, в двадцать семь лет оставшись без мужа, без ребенка, без какой-либо надежды изменить свою жизнь, найти своё счастье.
И вдруг ей позвонила подруга, бывшая одноклассница Света Карева:
- Ой, Катька, что я сейчас тебе скажу – упадешь и не встанешь! Богдан нашёлся, представь! Наша староста класса, зубрилка Женя Миргородская, его нашла на сайте «Одноклассники». И пригласила на нашу встречу. Вот!
Катя потрясённо молчала.
- Кать, ты что, ты в порядке? – затараторила Света. – Через месяц увидишь своего Богдана. Представляешь, каким он стал Шварценеггером! Супермужик, в самом расцвете сил! Готовься охмурять Васильева!
Каким-то чужим голосом Катя прервала Свету:
- Всё! Хватит! У меня много дел, и на встречу я, скорее всего, не смогу прийти. Так что Богдана будет кому охмурять и без меня.
Однако Света и не думала обрывать разговор:
- Знаешь, Катя, я бы на твоём месте обязательно пошла бы на встречу. Пусть Богдан увидит, что ты и без него смогла стать успешной, оставшись при этом молодой, красивой и желанной.
- Хорошо, Света, я подумаю …
Весь месяц Катя, как к защите диплома, готовилась к встрече с Богданом. Она стала делать по утрам зарядку, похудела на пять килограммов и даже несколько раз посещала SPA-салон, чтобы убрать с помощью массажа совершенно неприличную складку на животе, а с помощью косметических масок – едва заметные морщинки вокруг рта. По каталогу она заказала себе новое платье, а в тон ему – босоножки на высоких каблуках и сумку. Пусть увидит Богдан, от кого он отказался, пусть пожалеет, что не смог сохранить их любовь.
Встреча бывшего десятого «А» проходила на квартире у Жени Миргородской. Родители оставили ей свою огромную квартиру в центре города, а сами купили себе домик в деревне. Готовила Женя на удивление очень вкусно и аппетитно. Стол уже был накрыт, мальчики курили на балконе, а девочки, сидя на кожаных креслах и на массивном кожаном диване в кабинете профессора Миргородского, делились последними новостями. Катя нервничала - Богдана не было… Пришли почти все, кто обещал прийти, опаздывали только Света Карева (она никогда не отличалась пунктуальностью) и в прошлом очень точный и обязательный Богдан.
- Семеро одного не ждут! – громогласно объявила Женя и, как хозяйка, стала приглашать гостей к столу.
И вдруг все смолкли. В дверях, опираясь на трость, стоял седой, удивительно красивый мужчина, который выглядел гораздо старше своих лет. Он улыбался.
- Привет! – сказал он всем и каждому в отдельности, и Катя узнала голос Богдана. В ту же минуту его глаза встретились с ее глазами, и он, заметно хромая, направился к столу и сел рядом с ней. Его смуглая рука сжала ее тонкие пальцы:
- А ты все-таки стала сильной, Катя. Я же говорил, что у тебя все получится!

Уважаемый читатель, оцените пожалуйста данное произведение!
Ваша оценка: Нет (1 голос)